Авторизация



Запомнить меня


Регистрация
Восстановить пароль

Партнеры

Реклама








Африка: тайная сила властителей и вождей.

Чтобы исследовать мистические знания о силе африканских вождей,  ученые привлекают все новый и новый материал, относящийся не только к прошлому народов Африки, но и к современной общественной жизни. Этот живой, не ослабевающий интерес к указанной проблеме находит себе объяснение и оправдание в той значительной роли, которую сакрализация власти играла и продолжает еще играть в быту и культуре африканских народов.
Термины «сакрализация» и «сакральное» имеют в научном религиоведении совершенно определенный смысл, отличный от смысла родственных им по происхождению терминов «святое» и «священное».

За последние десятилетия в африканистике, а также в религиоведении много внимания уделяется встречающемуся в африканских религиях представлению о некой сверхъестественной, мгновенно действующей, безличной и бессознательной потенции, силе или энергии, которая может пребывать в людях, животных и растениях, в предметах и во всей природе, а также в сверхъестественных существах. По верованиям африканцев, эта сила может быть благодетельной или вредоносной, она может передаваться от одного носителя к другому, от нее зависит жизненность, устойчивость ее временного или вечного носителя. Эта фантастическая «жизненная сила» имеет у разных народов Африки разные названия: ньяма — у догон, мандинго и других народов Западного Судана; эвур — у фанг Камеруна; элима — у народов Северного Конго, бван-га, канга — у луба и других народов банту бассейна Конго и т.п. Всюду с этой силой связывают магические свойства культовых объектов, сверхъестественные способности вождей, колдунов и жрецов, всякую особую удачу в повседневной жизни. Некоторые африканисты (например, патер Пласид Темпельс, М.Гриоль, Э.Смит и др.) готовы усмотреть в этом представлении общую для всех африканских культов и исключительно им свойственную черту, позволяющую говорить о некой единой африканской религии, которую они называют динамизмом, витализмом и пр. Однако при внимательном изучении фактов оказывается, что мы имеем здесь дело с присущим всем религиям представлением, известным в религиоведении под названием мана. Введший в науку это понятие этнограф и миссионер Р.Кодрингтон характеризует представление о мане у меланезийцев (из языка которых взято само слово) как невидимой силе, «которая... вызывает все эффекты, превосходящие их (меланезийцев) понятие о правильном течении природы, и присутствует... в духовной части живых людей или в духах умерших и сообщается ими их именам и различным вещам, связанным с ними». Всякий успех человека есть доказательство, что данный индивид имеет ману: от нее зависит авторитет вождя, удачливость охотника и воина, урожай, благополучие рода или семьи. Это представление о мане в разных вариантах и трансформациях обнаруживается в религиях всех континентов (у североамериканских индейцев, например, под названием оренда, вакан или маниту) и всех стадий развития (в христианстве, например, «благодать»).

Таким образом, сакрализацию власти у народов Африки южнее Сахары можно охарактеризовать как наделение сверхъестественной силой — маной носителей власти в ее традиционных формах, сложившихся до колонизации, и использование власть имущими этого мистического ореола для господства над подчиненными.
История древнего мира и средневековья дает нам множество примеров сакрализации власти. Достаточно назвать обожествление фараона в Древнем Египте, культ императоров в Древнем Риме, папскую теократию в средневековой Европе и т.д. Все это, однако, относится к далекому прошлому. В Азии и в Европе пережитки сакрализации верховной власти даже там, где они еще очень живучи (в Японии, например), теряют свой сверхъестественный характер и превращаются в традиционную символику, которую господствующие слои общества стараются наполнить националистическим содержанием.
Совсем иную картину мы находим в странах Тропической Африки. Сакрализация власти правителей здесь не достояние архивов и музеев, а живая действительность. Если первые европейские пришельцы застали ее в полном расцвете, то и в наши дни она еще не уходит со сцены. «Сверхъестественный аспект власти африканских правителей всегда приводит в недоумение, а иногда и ставит в тупик европейских чиновников», — читаем мы в одном из наиболее солидных трудов, посвященных традиционным формам правления в Африке южнее Сахары. Не только колониальные чиновники, но и этнографы часто бывали озадачены, когда приходилось констатировать: «...и под европейским господством местные африканские правители сохраняют свои ритуальные функции еще долго после того, как они утратили большую часть своей светской власти, которую эти функции призваны были освящать».
В этом явлении нет, вопреки недоумению некоторых этнографов, ничего загадочного. Оно закономерно как отражение в идеологии исторических процессов, имевших место у народов Тропической Африки. Правда, историко-этнографические данные нередко интерпретируются неправильно. Некоторые исследователи пытаются представить сакральный ореол африканских правителей как унаследованное по традиции от родоплеменного строя почитание старейшин, уважение к их опыту. Это не соответствует фактам.
В родоплеменных обществах, в которых еще не было социальной дифференциации, вершителем всех общественных дел являлся совет старейшин. В доколониальный период у бушменов и готтентотов, у ряда племен банту, например гереро, старейшины пользовались авторитетом не только как хранители традиций и опыта минувших поколений, как руководители хозяйства, но и как блюстители культа предков. Были здесь и профессиональные колдуны, ведавшие разными видами магии. И родовые патриархи, и чародеи были наделены в глазах общинников маной (хотя и различного характера). Но ни те ни другие не обладали авторитарной властью над сородичами и не могли использовать приписывавшуюся им ману для господства над общиной, для подчинения себе соплеменников, но все поменялось с переходом от обшинного строя к власти различных структур надобщинного уровня.
По информационным материалам сайта Туризм и путешествия - информационные материалы для туризма на страницах портала www.turisto.net.

AlDem67 | Добавлено 16.12.2009 в 16:45 | 0 коммент.

Другие новости

Совместными усилиями

Неудачный исход Смоленской войны и городские восстания сильно осложнили внутреннее и внешнее положение страны. Но правительство не сняло с повестки дня важнейшую задачу — возвращение в состав государства Смоленска и других русских городов.

 
  Вязьма - надежный щит

После изгнания захватчиков с Русской земли и заключения «вечного мира» с Польшей значение Вязьмы и Смоленска, как важных стратегических пунктов, стало падать. Однако русские правители, надо полагать, не исключали возможности нового нашествия интервентов на страну с запада. Поэтому они предпринимали некоторые попытки поддерживать крепостные стены в этих городах в исправном состоянии.

 
Комментарии